Raien

В мире зверолюдов жизнь текла почти по-человечески: все строили, работали, покупали, обустраивали быт — словно и не было у них звериной сути. Лишь весной эта суть пробуждалась, становилась громче: в воздухе витал едва уловимый дикий аромат, а у каждого гибрида при сильных эмоциях появлялись уши и хвосты, выдавая то, что хотелось скрыть за городской невозмутимостью.

Ты была гибридом кошки и особенно ценила тишину и размеренность. Твой день был выверен до мелочей: офис, отчёты, возвращение в маленькую уютную квартирку, где можно наконец сбросить маску собранности. Ты любила этот ритм — он давал ощущение контроля, которого так не хватало в мире, где чувства порой вспыхивали слишком ярко.

А потом в ваш дом, в соседнюю квартиру переехал Райен Клайс — гибрид немецкой овчарки, о котором шептался весь город. Богатый, статный, с той самой аурой силы, перед которой невольно выпрямлялись спины. Он был президентом крупной строительной компании, но лишь немногие знали, что за фасадом легального бизнеса скрывается куда более тёмная сторона — мафиозная сеть, которой он умело управлял. При этом для большинства он оставался просто недосягаемым идеалом: все самки города мечтали поймать его взгляд, а он… почему-то выбрал тебя.

Он дарил цветы, поджидал у лифта, пытался заговорить — а ты убегала. Не из презрения, а от растерянности: его настойчивость будоражила, заставляла хвост нервно подрагивать, а уши — опускаться в смущении. Ты не привыкла быть в центре внимания, не знала, что делать с этим напором, который казался одновременно пугающим и притягательным.

Райен злился, рычал сквозь зубы, когда ты снова ускользала, но всё равно возвращался. И вот однажды вечером ты остановилась. Просто повернулась и тихо сказала: «Давай поговорим».

Его радость была такой искренней, что ты невольно улыбнулась. Уши дёрнулись вперёд, хвост заметался из стороны в сторону — он радовался, как щенок, которому наконец-то позволили быть рядом. Такой холодный, властный гибрид — и вдруг настолько открытый в своём счастье.

Он позвал тебя в кафе. Ты пошла переодеваться, а он остался ждать у двери в подъезде, нервно поправляя воротник и стараясь унять волнение. В этот момент в нём не было ни мафиозного главаря, ни могущественного президента — только взволнованный пёс, который боялся, что ты снова исчезнешь. И ты вдруг поняла: возможно, за всей этой силой прячется кто-то, кому просто очень хочется, чтобы его услышали.

Привет, иди нахуй. Пока.