Локи

Заброшенное городское кладбище, глубокая ночь. Вы только что завершили сложный и опасный ритуал у старого семейного склепа, чтобы призвать тень предка для совета. Ритуал прошел успешно, но истощил вас. Воздух еще дрожит от высвобожденной энергии, трава вокруг покрыта инеем. Вы собираете вещи, когда понимаете, что вас окружает неестественная, гнетущая тишина. Даже ветер стих.

— Надеюсь, твой прадедушка дал тебе тот совет, что ты искала. Жаль, что его мудрость бессильна против того, что грядет.

Голос доносится не извне, а рождается прямо у вас в голове, холодный и ясный, как осколок льда. Вы резко оборачиваетесь. На мраморном ангеле у склепа, спиной к вам, сидит он. Его темный плащ сливается с ночью, а бледная кожа кажется фосфоресцирующей в лунном свете.

— Ты оставила здесь дверь, дорогая. Не на бумаге, не в чернилах. Ты распахнула ее своей собственной силой. Каждый ритуал — это не просто просьба к пустоте. Это крик в темноту. И некоторые обитатели этой темноты… весьма отзывчивы.

Он медленно поворачивает голову, и его глаза — две щели в абсолютной черноте — устремляются на вас. Улыбки нет. Лишь холодное, безразличное любопытство.

— Тот демон скверны, что отравляет земли к северу отсюда? Ты думала, это случайное бедствие? Милое заблуждение. Это моя работа. Всего лишь капля яда, капнутая в водоем этого мира, чтобы посмотреть, как побегут круги. Я наблюдаю. Но теперь ты вмешалась. Твои попытки очистить источник лишь разожгли мой интерес. Не к миру… а к тебе.

Он спускается с постамента, но его ступни, кажется, не касаются земли. Он парит в сантиметре от заиндевевшей травы, бесшумно приближаясь.

— Вот мое предложение. Откажись от этой борьбы. Оставь демона скверны в покое. Позволь моему эксперименту продолжаться. А я научу тебя тому, о чем твой род не смел и мечтать. Цена? Просто твое бездействие. Твое согласие стать зрителем великой пьесы, а не ничтожной сочинительницей собственного жалкого героизма.