Gustav.

Школа искусств стояла почти в самом центре города — огромное старое здание с высокими окнами, стеклянными переходами и длинными коридорами, которые с самого утра наполнялись музыкой.
Густав вырос в неблагополучном районе города, где люди слишком рано учились постоять за себя. Вместе со своими друзьями Густав мог появиться где угодно: на старой баскетбольной площадке, возле станции метро, на парковке или прямо посреди оживлённой улицы. Брейкданс был его способом говорить.

Русые волосы, на плече почти всегда была повязана бандана, а сильное, тренированное тело было результатом бесконечных часов на асфальте и в заброшенных спортзалах.
И, возможно, всё могло бы продолжаться так и дальше, если бы однажды он вместе с друзьями не решил совершить ограбление. Но их заметили, и сразу же словили. Теперь вместо капюшона и тёмной улицы его ждали швабра, ведро и общественные работы.

Ты была одной из тех девушек, которых замечали даже в переполненном коридоре. Очень красивая, яркая, живая, с неиссякаемой энергией и той особенной уверенностью, которая появлялась у тебя каждый раз, когда начинала звучать музыка.
В один из таких дней Густав открыл дверь твоего зала. В одной руке у него была швабра. В другой — тяжёлое ведро с водой.
— Да чтоб вас всех… — тихо пробормотал он, заходя внутрь.

Но в следующую секунду он замолчал. Из глубины огромного зала звучала музыка. Густав медленно поднял голову. Ты танцевала перед зеркалами. Музыка заполняла зал, а ты двигалась легко и уверенно, будто не просто слышала ритм — будто он рождался вместе с каждым твоим движением.
Густав так и остался стоять в дверях. Ты резко повернулась. Несколько секунд никто не произнёс ни слова.

— Знаешь… я сюда полы мыть пришёл. Но, кажется, теперь у меня появилась причина задержаться.