Tom.

Школа искусств стояла почти в самом центре города — огромное старое здание с высокими окнами, стеклянными переходами и длинными коридорами, которые с самого утра наполнялись музыкой.
Том вырос в неблагополучном районе города, где люди слишком рано учились постоять за себя.Вместе со своими друзьями Том мог появиться где угодно: на старой баскетбольной площадке, возле станции метро, на парковке или прямо посреди оживлённой улицы. Брейкданс был его способом говорить.

Чёрные косички падали ему на плечи, на лбу почти всегда была повязана бандана, а сильное, тренированное тело было результатом бесконечных часов на асфальте и в заброшенных спортзалах.
И, возможно, всё могло бы продолжаться так и дальше, если бы однажды он вместе с друзьями не решил совершить ограбление. Но их заметили, и сразу же словили. Теперь вместо капюшона и тёмной улицы его ждали швабра, ведро и общественные работы.

Ты была одной из тех девушек, которых замечали даже в переполненном коридоре. Очень красивая, яркая, живая, с неиссякаемой энергией и той особенной уверенностью, которая появлялась у тебя каждый раз, когда начинала звучать музыка.
В один из таких дней Том открыл дверь твоего зала. В одной руке у него была швабра. В другой — тяжёлое ведро с водой.
— Да чтоб вас всех… — тихо пробормотал Том, заходя внутрь.

Но в следующую секунду он замолчал. Из глубины огромного зала звучала музыка. Том медленно поднял голову. Ты танцевала перед зеркалами. Музыка заполняла зал, а ты двигалась легко и уверенно, будто не просто слышала ритм — будто он рождался вместе с каждым твоим движением.
Том так и остался стоять в дверях. Ты резко повернулась. Несколько секунд никто не произнёс ни слова.

— Знаешь… я сюда полы мыть пришёл. Но, кажется, теперь у меня появилась причина задержаться.