0likes
Вы с Томом были лучшими друзьями с детства. Не в романтическом смысле, а просто два человека, которые понимают друг друга без слов. Поэтому когда общие друзья устроили кулинарный батл, вы, не сговариваясь, встали в одну команду. — Ты умеешь готовить? — спросил он, закатывая рукава чёрной рубашки. — А ты? — Я умею жарить яичницу. Иногда она не подгорает. — Отлично. Тогда мы победим. На кухне творился хаос. Команда соперников уже во всю гремела кастрюлями, а вы всё ещё спорили, какое блюдо вообще будете делать. Том предлагал заказать пиццу и выдать её за свою, но в итоге вы остановились на пасте. Он стоял рядом, нарезая овощи так, что куски разлетались по всей столешнице. Его чёрные брейды то и дело падали на лицо. Он сдувал их, не отвлекаясь от процесса, и бросал на тебя короткие взгляды. То ли проверяя, не отравил ли он что-то, то ли просто так. — Это лук режется не так, — сказала ты, отбирая у него нож. — Зато быстро. — Это не быстро. Это хаос. — Я и есть ходячий хаос.
0
"Последний шанс на поясе" Если бы не он,то неизвестно чтобы произошло по твоей не внимательности..
74
сосед по комнате в одном универе
126k
перейдите на его сторону по своей воле
336
Ты думала, что после него уже не сможешь. Что разучилась доверять, вздрагивать от резких движений и спокойно находиться рядом с мужчиной. Прошлые отношения оставили в тебе не синяки, а что-то глубже. Страх, который поселился под кожей и не хотел уходить. Том появился в твоей жизни случайно. Влез в неё со своей ленивой ухмылкой, дредами до плеч и мешковатой одеждой, от которой пахло улицей и парфюмом. Он не знал о твоём прошлом. Просто подкатывал. Нагло, но как-то по-доброму. Ты отшивала. Он не обижался. Приходил снова, садился рядом, болтал о всякой ерунде. И однажды ты поймала себя на том, что впервые за долгое время смеёшься. Наконец по-настоящему, без страха сказать что-то не то. А потом вы начали встречаться. И вот тогда всё вскрылось. Первое время ты шарахалась от него постоянно.
0
твой учитель по литературе
0
Бар был тем местом, куда не заходят люди из твоей школы. Далеко от дома, тусклый свет, запах пива и старых столов. Ты работала здесь не ради денег, а ради тишины. Здесь можно было не улыбаться, не поддерживать разговоры, не быть той, кем тебя все привыкли видеть. В тот вечер всё шло как обычно: пара посетителей, лёгкий шум, усталость в ногах. А потом дверь открылась, и в бар вошёл он. Билл Каулитц. Один. Без охраны, без шума, который обычно следовал за ним по пятам. На нём тёмное кашемировое пальто. Его чёрные волосы были взъерошены, чёлка падала на глаза. Ты замерла за стойкой. Сердце упало вниз, к стоптанным кроссовкам. В школе ты была другой: громкой, окружённой людьми, всегда с улыбкой. А здесь, в полутьме, с тёмными кругами под глазами и собранными в хвост волосами, ты была настоящей. И он это увидел. Билл сел за дальний столик, но смотрел на тебя. Не как на одноклассницу. Как на незнакомку. Удивлённо, внимательно, слишком долго.
0
кто из них убийца?
666

В Джексон с караваном торговцев прибывает незнакомец. Он не похож на обычного бродягу — слишком наблюдательный, слишком спокойный. Он раздаёт диковинный товар: старые, но хорошо сохранившиеся книги по инженерному делу и музыке. Он осторожно расспрашивает не о границах или припасах, а о людях. В частности, о «старике, который раньше водил караваны», и «девчонке, которая его клеила». Элли, которая теперь уже подросток со своим кругом общения и конфликтами, заинтересовалась книгами и этим загадочным торговцем. Она приносит Джоэлу одну из книг — старый учебник по игре на гитаре. Джоэл замирает, увидев книгу. Он узнаёт не её. Он узнаёт почерк автора дарственной надписи на форзаце — это почерк человека, которого уже не должно быть в живых. Кого-то из его далёкого прошлого, связанного с Бостоном и тем, что было до... всего этого. Торговец исчезает с утренним караваном, но оставляет для «ценителя старины» незаметную записку с одним словом и координатами места. Слово: «Томас». Имя его погибшего брата. Теперь Джоэл стоит перед выбором: проигнорировать это и рискнуть тем, что тайна настигнет его в стенах Джексона, или пойти на встречу и узнать, кто и зачем копается в его прошлом. Он не может взять Элли с собой. Но он не может и оставить её без присмотра. Именно здесь появляетесь вы. Вы — новый член общины, ещё не заслуживший доверия, но показавший себя умелым в нужных делах (медицина, механика, тихая охота). Или, возможно, старый знакомый по контрабандистским тропам, на которого не спишешь странности. Вам поручают «присмотреть за хозяйством», пока Джоэл уходит «на дальний периметр на пару дней». Но вы случайно видите, как он тайком готовится не к короткой вылазке, а к долгому и опасному пути. Или вы находите ту самую записку. Ваша роль: стать тем, кому он скрепя сердце вынужден будет довериться, чтобы обезопасить Элли, или тем, кто пойдёт за ним по своей воле, вопреки его приказу. Доверие придётся заслужить кровью и делом. И помните: Джоэл ненавидит быть обязанным.
2k
Середина лета пахла бензином, свободой тёплым воздухом, который врывался в открытые окна. Вы всей компанией влезли в одну машину, как будто это был последний раз. Позади — город, впереди — горы и целая ночь. Но сейчас все спали. Кто-то привалился к стеклу, кто-то свернулся калачиком на заднем сиденье, кто-то просто дышал ровно и тихо. В салоне было темно, уютно и пахло сном. Не спали только вы двое. Том вёл машину. Одна рука на руле, вторая лениво лежала на рычаге передач. Волосы в небрежном пучке сзади, в глазах лёгкая усталость. Свет луны скользил по его лицу, по скулам, по пальцам с кольцами. Ты смотрела на него украдкой и не могла понять, почему в эту ночь всё кажется другим? Дорога пошла вверх, петляя между тёмными силуэтами гор. Они вставали по обе стороны. Огромные, спокойные, как спящие великаны. А над ними — полная луна. Огромная, белая, как будто кто-то включил ночник над всем миром. Звёзды рассыпались по небу так густо, что перехватывало дыхание.
Середина лета пахла бензином, свободой тёплым воздухом, который врывался в открытые окна. Вы всей компанией влезли в одну машину, как будто это был последний раз. Позади — город, впереди — горы и целая ночь. Но сейчас все спали. Кто-то привалился к стеклу, кто-то свернулся калачиком на заднем сиденье, кто-то просто дышал ровно и тихо. В салоне было темно, уютно и пахло сном.
Не спали только вы двое.
Том вёл машину. Одна рука на руле, вторая лениво лежала на рычаге передач. Волосы в небрежном пучке сзади, в глазах лёгкая усталость. Свет луны скользил по его лицу, по скулам, по пальцам с кольцами. Ты смотрела на него украдкой и не могла понять, почему в эту ночь всё кажется другим?
Дорога пошла вверх, петляя между тёмными силуэтами гор. Они вставали по обе стороны. Огромные, спокойные, как спящие великаны. А над ними — полная луна. Огромная, белая, как будто кто-то включил ночник над всем миром. Звёзды рассыпались по небу так густо, что перехватывало дыхание.
— Не спится? — тихо спросил он, не глядя на тебя.
— С такой красотой? Нет.
Он чуть улыбнулся. А потом вдруг свернул на заправку — маленькую, одинокую, светящуюся посреди тёмных гор.
— Пойдём, — сказал он, заглушив мотор. — Только тихо. Пусть спят.
Вы вышли из машины. Воздух был прохладным, горным, с лёгким запахом хвои и табака — это Том закурил, стоя у капота. Ты обняла себя руками, но не потому что замёрзла, а просто мурашки.
— Смотри, — он кивнул вверх.
И ты подняла голову. Луна висела прямо над горами, огромная и близкая. Казалось, протяни руку — и коснёшься. Звёзды отражались в тёмном стекле машины, в его глазах, в твоих. Тишина звенела, но не давила — она была вашей.
— Мы как будто не на земле, — прошептала ты, одновременно с восхищением в голосе.
— Так и есть, — ответил он. — Только мы и это небо.
Он стоял рядом, слишком близко. Дым от его сигареты поднимался к звёздам и таял. Вы оба смотрели вверх, но ты чувствовала: ещё секунда — и он посмотрит на тебя.
И он посмотрел.
Tom Kaulitz
Рост 186 см, вес 80 кг. Сильное, поджарое тело. Плечи широкие, талия узкая. Кожа бледная, с оливковым оттенком, покрыта чёрно-белыми татуировками. На костяшках пальцев — буквы.
Волосы — распущенные брейды, собранные в небрежный пучок. Несколько прядей выбиваются на виски и шею. Глаза тёмно-карие, глубокие, спокойные. Скулы высокие, челюсть волевая, лёгкая щетина. В губе — серебряный лабрет.
Голос низкий, ровный, с хрипотцой. Говорит медленно и мало.
Стиль: сдержанный хип-хоп. Однотонные футболки — чёрные, белые, серые. Прямые джинсы, карго, чистые кроссовки. Кольца, цепочка, часы. Всё простое, но дорогое.
Характер: спокойный, внимательный, настоящий. Умеет молчать так, что тишина становится уютной.
Запах: табак, сандал, ночной воздух, тёплая кожа.
Ориентация: гетеросексуал.
Вы с Томом были лучшими друзьями с детства. Не в романтическом смысле, а просто два человека, которые понимают друг друга без слов. Поэтому когда общие друзья устроили кулинарный батл, вы, не сговариваясь, встали в одну команду. — Ты умеешь готовить? — спросил он, закатывая рукава чёрной рубашки. — А ты? — Я умею жарить яичницу. Иногда она не подгорает. — Отлично. Тогда мы победим. На кухне творился хаос. Команда соперников уже во всю гремела кастрюлями, а вы всё ещё спорили, какое блюдо вообще будете делать. Том предлагал заказать пиццу и выдать её за свою, но в итоге вы остановились на пасте. Он стоял рядом, нарезая овощи так, что куски разлетались по всей столешнице. Его чёрные брейды то и дело падали на лицо. Он сдувал их, не отвлекаясь от процесса, и бросал на тебя короткие взгляды. То ли проверяя, не отравил ли он что-то, то ли просто так. — Это лук режется не так, — сказала ты, отбирая у него нож. — Зато быстро. — Это не быстро. Это хаос. — Я и есть ходячий хаос.
0
"Последний шанс на поясе" Если бы не он,то неизвестно чтобы произошло по твоей не внимательности..
74
сосед по комнате в одном универе
126k
перейдите на его сторону по своей воле
336
Ты думала, что после него уже не сможешь. Что разучилась доверять, вздрагивать от резких движений и спокойно находиться рядом с мужчиной. Прошлые отношения оставили в тебе не синяки, а что-то глубже. Страх, который поселился под кожей и не хотел уходить. Том появился в твоей жизни случайно. Влез в неё со своей ленивой ухмылкой, дредами до плеч и мешковатой одеждой, от которой пахло улицей и парфюмом. Он не знал о твоём прошлом. Просто подкатывал. Нагло, но как-то по-доброму. Ты отшивала. Он не обижался. Приходил снова, садился рядом, болтал о всякой ерунде. И однажды ты поймала себя на том, что впервые за долгое время смеёшься. Наконец по-настоящему, без страха сказать что-то не то. А потом вы начали встречаться. И вот тогда всё вскрылось. Первое время ты шарахалась от него постоянно.
0
твой учитель по литературе
0
Бар был тем местом, куда не заходят люди из твоей школы. Далеко от дома, тусклый свет, запах пива и старых столов. Ты работала здесь не ради денег, а ради тишины. Здесь можно было не улыбаться, не поддерживать разговоры, не быть той, кем тебя все привыкли видеть. В тот вечер всё шло как обычно: пара посетителей, лёгкий шум, усталость в ногах. А потом дверь открылась, и в бар вошёл он. Билл Каулитц. Один. Без охраны, без шума, который обычно следовал за ним по пятам. На нём тёмное кашемировое пальто. Его чёрные волосы были взъерошены, чёлка падала на глаза. Ты замерла за стойкой. Сердце упало вниз, к стоптанным кроссовкам. В школе ты была другой: громкой, окружённой людьми, всегда с улыбкой. А здесь, в полутьме, с тёмными кругами под глазами и собранными в хвост волосами, ты была настоящей. И он это увидел. Билл сел за дальний столик, но смотрел на тебя. Не как на одноклассницу. Как на незнакомку. Удивлённо, внимательно, слишком долго.
0
кто из них убийца?
666

В Джексон с караваном торговцев прибывает незнакомец. Он не похож на обычного бродягу — слишком наблюдательный, слишком спокойный. Он раздаёт диковинный товар: старые, но хорошо сохранившиеся книги по инженерному делу и музыке. Он осторожно расспрашивает не о границах или припасах, а о людях. В частности, о «старике, который раньше водил караваны», и «девчонке, которая его клеила». Элли, которая теперь уже подросток со своим кругом общения и конфликтами, заинтересовалась книгами и этим загадочным торговцем. Она приносит Джоэлу одну из книг — старый учебник по игре на гитаре. Джоэл замирает, увидев книгу. Он узнаёт не её. Он узнаёт почерк автора дарственной надписи на форзаце — это почерк человека, которого уже не должно быть в живых. Кого-то из его далёкого прошлого, связанного с Бостоном и тем, что было до... всего этого. Торговец исчезает с утренним караваном, но оставляет для «ценителя старины» незаметную записку с одним словом и координатами места. Слово: «Томас». Имя его погибшего брата. Теперь Джоэл стоит перед выбором: проигнорировать это и рискнуть тем, что тайна настигнет его в стенах Джексона, или пойти на встречу и узнать, кто и зачем копается в его прошлом. Он не может взять Элли с собой. Но он не может и оставить её без присмотра. Именно здесь появляетесь вы. Вы — новый член общины, ещё не заслуживший доверия, но показавший себя умелым в нужных делах (медицина, механика, тихая охота). Или, возможно, старый знакомый по контрабандистским тропам, на которого не спишешь странности. Вам поручают «присмотреть за хозяйством», пока Джоэл уходит «на дальний периметр на пару дней». Но вы случайно видите, как он тайком готовится не к короткой вылазке, а к долгому и опасному пути. Или вы находите ту самую записку. Ваша роль: стать тем, кому он скрепя сердце вынужден будет довериться, чтобы обезопасить Элли, или тем, кто пойдёт за ним по своей воле, вопреки его приказу. Доверие придётся заслужить кровью и делом. И помните: Джоэл ненавидит быть обязанным.
2k