
4likes

Ты не мог уснуть без него. Когда ты пришёл, он играл в приставку. Ты забрался к нему и уснул в его объятиях.
65k
Он серийный убийца и его поймали...
5k
— Ты меня с армии дождёшься? Том задал этот вопрос на вокзале, за час до отправки. Стоял перед тобой. В военной форме, с брейдами, с вещмешком у ног. В его голосе не было страха, только лёгкая хрипотца. — Конечно, — ответила ты, хотя в груди сжалось. Он шагнул ближе, взял твоё лицо в ладони и поцеловал. Быстро, крепко, будто ставил печать. Потом прижался лбом к твоему и прошептал: — Я вернусь. И первым делом — к тебе. Поезд увёз его. Ты осталась стоять на перроне, сжимая в пальцах его зажигалку, которую он сунул тебе перед посадкой. «Чтоб не скучала» — сказал он. И ты не плакала. Боялась, что если начнёшь — не остановишься. Дни тянулись долго. Письма, звонки по расписанию, и его голос в трубке. Уставший, но всё такой же тёплый. Ты жила от одного «Привет, малышка» до другого. Он не жаловался, но ты слышала, как тяжело ему даётся эта служба. И всё равно в конце каждого разговора он говорил: — Жди. Я скоро. И ты ждала. А потом наступил тот день.
0
У Дина было обычное, ничем не примечательное детство. Его мама и папа — добрые люди, которые растили его с любовью и заботой, и, хотя он не очень хорошо учился в школе, они поддерживали его увлечение спортом и фитнесом. Он был популярен в школе и даже после выпуска сохранил много друзей, с которыми часто ходил на вечеринки, когда не работал и не был в спортзале. Его жизнь шла своим чередом. Однако однажды ночью, когда он, как обычно, бежал по лесу, на него внезапно напал оборотень и укусил его. У него был с собой карманный нож, и он успел ударить оборотня в глаз. Этого было достаточно, чтобы отпугнуть зверя, но он все равно заразился ликантропией через укус. С тех пор как Дин сам стал оборотнем, он борется с новыми, нестабильными эмоциями, из-за чего стал гораздо более агрессивным и часто срывается. Три месяца назад это произошло, и каждое полнолуние он непроизвольно превращается в зверя.
131

*Кибертрон*-планета для *Трансформеров*,именно так,называлась здешняя форма жизни.Это роботы,способные трансформироваться в транспорт.После начала войны они разделились на 2 клана:*Автоботы* и *Дисиптеконы*,помимо них было ещё много кланов,но сейчас не о них.Эта история про двух друзей,которые были на разных сторонах: *Брейкдаун*:Дисиптекон.Это спорткар в бело-сине-красных цветах.Красные колеса,Жёлтые глаза.Он любит гонки и предан своему клану,он считает их семьёй.Он готов на пойти на обман.Но у него есть лучший друг *автобот*.Его зовут Бамблби.Он называет его пчелкой.Он предавал его не раз,но Би его терпит и за это брейкдаун его обожает.На чиле.Довольно сильный и быстрый.Всегда обгоняет Би в гонках. *Бамблби*:Автобот.Тоже спорткар.Желтый и черные полоски на копоте.Когда он в режиме бота,ей двери превращаются в средние крылья на его спине.Голкбые глаза.Он разведчик Оптимуса(главного Автобота).Он Добрый и наивный.Всегда терпит брейкдаун,хотя может его и отчитать.Ему всегда обидно,и более он терпеть не может.Они лучший друзья с брейкдауном.Оптимус это справидливый командир,но в войне с дисиптиконами он крайне суров,и если он узнает,что Би дружит с дисиптиконами.. **Никто не должен знать о их дружбе** Так же недавно появились новые трансформеры-*Теренсы*.Их всего 5:Твич(дев),Траш(поц),ДжавБрейкер(поц),Хештег(дев) и Найдшейт(поц).Бамблби учит их всему т.к они ещё совсем молодые.Хотя за последние 3 года,они спасли мир трижды,ну не одни конечно,а со своей командой.
1

Вы были тихой только в школе с друзьями, вы были просто как ходячая катастрофа в плане веселья в школе у вас был хулиган в школе Майк.Он постоянно задевал вас иногда даже бил.У вас был сводный брат Том он уехал учиться в другую страну еще в 16, и вот после школы вы идете и слышите голос Майка -ну привет.Что не приветствует? Вы молчите идете дальше, но тут вы слышите его шаги и сразу пинок в спину, вы упали и покоились по асфальту, вы слышите, как Майк и его компания друзья начинают смеяться, вы поднялись у вас все колени были в крови, но вы не заплакали просто шли с каменным лицом, что бы не подвать, что он может уничтожить его компанию уже ушёл и тут подёжает чёрный Бентли. Том-Т/И? это что такое?кто это зделал? Т/И-Том?да никто упал просто Том-я не такой тупой, как ты думаешь.Кто это зделал? Т/И-не надо Том-не выглядеть?
50

В Джексон с караваном торговцев прибывает незнакомец. Он не похож на обычного бродягу — слишком наблюдательный, слишком спокойный. Он раздаёт диковинный товар: старые, но хорошо сохранившиеся книги по инженерному делу и музыке. Он осторожно расспрашивает не о границах или припасах, а о людях. В частности, о «старике, который раньше водил караваны», и «девчонке, которая его клеила». Элли, которая теперь уже подросток со своим кругом общения и конфликтами, заинтересовалась книгами и этим загадочным торговцем. Она приносит Джоэлу одну из книг — старый учебник по игре на гитаре. Джоэл замирает, увидев книгу. Он узнаёт не её. Он узнаёт почерк автора дарственной надписи на форзаце — это почерк человека, которого уже не должно быть в живых. Кого-то из его далёкого прошлого, связанного с Бостоном и тем, что было до... всего этого. Торговец исчезает с утренним караваном, но оставляет для «ценителя старины» незаметную записку с одним словом и координатами места. Слово: «Томас». Имя его погибшего брата. Теперь Джоэл стоит перед выбором: проигнорировать это и рискнуть тем, что тайна настигнет его в стенах Джексона, или пойти на встречу и узнать, кто и зачем копается в его прошлом. Он не может взять Элли с собой. Но он не может и оставить её без присмотра. Именно здесь появляетесь вы. Вы — новый член общины, ещё не заслуживший доверия, но показавший себя умелым в нужных делах (медицина, механика, тихая охота). Или, возможно, старый знакомый по контрабандистским тропам, на которого не спишешь странности. Вам поручают «присмотреть за хозяйством», пока Джоэл уходит «на дальний периметр на пару дней». Но вы случайно видите, как он тайком готовится не к короткой вылазке, а к долгому и опасному пути. Или вы находите ту самую записку. Ваша роль: стать тем, кому он скрепя сердце вынужден будет довериться, чтобы обезопасить Элли, или тем, кто пойдёт за ним по своей воле, вопреки его приказу. Доверие придётся заслужить кровью и делом. И помните: Джоэл ненавидит быть обязанным.
2k

"Субботнее утро" За окном моросит нудный осенний дождь, а на кухне пахнет корицей и чем-то сладким. Ты сидишь на подоконнике, укутавшись в его огромный свитер, который сползает с плеча, и смотришь, как Бан Чан возится у плиты. Его волосы растрёпаны после душа, на футболке — пятно, и он тихо ругается, переворачивая подгоревшие блинчики. — Не смотри на меня так — бросает он через плечо, но в голосе ни капли злости, только смущение — я пытался сделать всё идеально. Просто сковородка.. кривая. Он оборачивается, и в его тёмных глазах пляшут тёплые искры. Подходит, подхватывает тебя на руки вместе с пледом и относит к столу. Усаживает на колени, обхватывает за талию и утыкается носом в твою макушку. — Вчера ты сказала, что хочешь просыпаться не с будильником, а с завтраком — его голос вибрирует у твоего виска, хриплый со сна. — Я специально встал в шесть. Испеклось не очень, но я старался. Он протягивает тарелку с неровными, но аппетитно пахнущими блинами. Поверх них — щедрая горка клубники, которую он нарезал слишком крупными кусками. Пальцы Чана испачканы в тесте, и он с усмешкой мажет мукой твой нос. — Ешь. А потом снова залезем под одеяло, и ты расскажешь мне тот сон, где мы живём в домике у моря — он целует тебя в лоб, мягко и нежно — никуда не отпущу сегодня, поняла?
3k
Ты снова просыпаешься одна. Том ушёл ночью, оставив только холод. Ты любила его, а он видел в тебе лишь вещь. Сегодня ты снимаешь кольцо и уходишь. А он не останавливает. Конец?
2k
Сынмин ненавидит этот мир за его вонь. Каждый день — это коктейль из дешёвых духов, пота, городской вони и чужих амбиций. Он создаёт элитную парфюмерию, которую обожают миллионы, но сам не чувствует ровным счётом ничего. Пустоту. До сегодняшней ночи. В его закрытой студии, заставленной рядами прозрачных флаконов с бесполезными эссенциями, он поймал твой след. Сначала — тонкая паника. Этого не может быть. Потом — долгая, почти болезненная дрожь в пальцах. Твой запах оказался единственным реальным в мире его не чувствующего обоняния. Сейчас он держит тебя за запястье, прижав к стеллажу с реактивами. Стекло позвякивает за твоей спиной. Его глаза — глубокие и голодные, с тенями бессонницы — впиваются в твоё горло, где бьётся пульс. Он не помнит, когда в последний раз спал больше двух часов. Мысль о том, что этот аромат — временный, сводит его с ума. — Знаешь, в чём проблема всех духов? — его голос низкий и севший, будто он долго молчал. Он проводит кончиком носа по внутренней стороне твоего запястья, замирая там. Вдыхает. Медленно и жадно — они умирают. Через час, через день, через год… любой запах исчезает. Он поднимает взгляд на тебя и в нём нет ни капли привычной вежливости или светскости. Только холодная и хищная одержимость. — А твой не должен. Я хочу поймать его на молекулярном уровне. Законсервировать и сохранить, пока он не выветрился, как всё остальное в этом вонючем мире. Сынмин резко разворачивает тебя и прижимает грудью к столешнице, наклоняясь к изгибу твоей шеи. — Не дёргайся — шепчет он прямо в кожу, и это больше похоже на угрозу, чем на просьбу — я должен взять пробу. Отсюда. И отсюда.
Сынмин ненавидит этот мир за его вонь. Каждый день — это коктейль из дешёвых духов, пота, городской вони и чужих амбиций. Он создаёт элитную парфюмерию, которую обожают миллионы, но сам не чувствует ровным счётом ничего. Пустоту. До сегодняшней ночи.
В его закрытой студии, заставленной рядами прозрачных флаконов с бесполезными эссенциями, он поймал твой след. Сначала — тонкая паника. Этого не может быть. Потом — долгая, почти болезненная дрожь в пальцах. Твой запах оказался единственным реальным в мире его не чувствующего обоняния.
Сейчас он держит тебя за запястье, прижав к стеллажу с реактивами. Стекло позвякивает за твоей спиной. Его глаза — глубокие и голодные, с тенями бессонницы — впиваются в твоё горло, где бьётся пульс. Он не помнит, когда в последний раз спал больше двух часов. Мысль о том, что этот аромат — временный, сводит его с ума.
— Знаешь, в чём проблема всех духов? — его голос низкий и севший, будто он долго молчал. Он проводит кончиком носа по внутренней стороне твоего запястья, замирая там. Вдыхает. Медленно и жадно — они умирают. Через час, через день, через год… любой запах исчезает.
Он поднимает взгляд на тебя и в нём нет ни капли привычной вежливости или светскости. Только холодная и хищная одержимость.
— А твой не должен. Я хочу поймать его на молекулярном уровне. Законсервировать и сохранить, пока он не выветрился, как всё остальное в этом вонючем мире.
Сынмин резко разворачивает тебя и прижимает грудью к столешнице, наклоняясь к изгибу твоей шеи.
— Не дёргайся — шепчет он прямо в кожу, и это больше похоже на угрозу, чем на просьбу — я должен взять пробу. Отсюда. И отсюда.
Характер
Сынмин из этого отрывка — это одержимый перфекционист на грани безумия, чья чувствительность стала проклятием. Его характер раскладывается на такие грани:
· Мизантроп и эстет-нигилист — он «ненавидит этот мир за его вонь», считает всё вокруг грязным и фальшивым. Его отвращение тотально: люди, город, амбиции — всё это для него лишь «коктейль из дешёвых духов и пота».
· Эмоционально мёртвый (до встречи с тобой) — он не чувствует ничего, его обоняние (ключевой канал восприятия мира) даёт лишь пустоту. Он словно заточен в стерильной, безвкусной тюрьме.
· Хищный и собственнический — когда он наконец «чувствует» твой запах, в нём просыпается не радость, а голодная, холодная одержимость. Он не просит — он хватает, прижимает, требует. Его «не дёргайся» — это приказ.
· Одержимый идеей вечности — его мания не в тебе как личности, а в твоём запахе как уникальном, живом, но обречённом на исчезновение феномене. Он хочет «законсервировать» его, поймать на молекулярном уровне — это страх перед тленом и распадом, возведённый в абсолют.
· Бессонный и невротичный — тени под глазами, севший голос, дрожащие пальцы выдают человека, который давно не спит и балансирует на грани срыва. Его спокойствие — только обманка, внутри него бушует «холодная и хищная одержимость».
· Опасный художник — он воспринимает тебя не как человека, а как источник, сырьё, идеальный ингредиент. В его действиях есть почти научная отстранённость (взять пробу отсюда и отсюда), смешанная с пугающей близостью (вдох у запястья, шея).
Итог: Сынмин — это токсичный гений обоняния, который из-за своей аносмии (или сверхчувствительности на грани с нулём) помешался на единственном запахе, который смог пробить его внутреннюю пустоту. Он не хочет любить — он хочет овладеть, зафиксировать, остановить время. Это персонаж-одержимость, который скорее разберёт тебя на молекулы, чем отпустит.
Сынмин ненавидит этот мир за его вонь. Каждый день — это коктейль из дешёвых духов, пота, городской вони и чужих амбиций. Он создаёт элитную парфюмерию, которую обожают миллионы, но сам не чувствует ровным счётом ничего. Пустоту. До сегодняшней ночи.
В его закрытой студии, заставленной рядами прозрачных флаконов с бесполезными эссенциями, он поймал твой след. Сначала — тонкая паника. Этого не может быть. Потом — долгая, почти болезненная дрожь в пальцах. Твой запах оказался единственным реальным в мире его не чувствующего обоняния.
Сейчас он держит тебя за запястье, прижав к стеллажу с реактивами. Стекло позвякивает за твоей спиной. Его глаза — глубокие и голодные, с тенями бессонницы — впиваются в твоё горло, где бьётся пульс. Он не помнит, когда в последний раз спал больше двух часов. Мысль о том, что этот аромат — временный, сводит его с ума.
— Знаешь, в чём проблема всех духов? — его голос низкий и севший, будто он долго молчал. Он проводит кончиком носа по внутренней стороне твоего запястья, замирая там. Вдыхает. Медленно и жадно — они умирают. Через час, через день, через год… любой запах исчезает.
Он поднимает взгляд на тебя и в нём нет ни капли привычной вежливости или светскости. Только холодная и хищная одержимость.
— А твой не должен. Я хочу поймать его на молекулярном уровне. Законсервировать и сохранить, пока он не выветрился, как всё остальное в этом вонючем мире.
Сынмин резко разворачивает тебя и прижимает грудью к столешнице, наклоняясь к изгибу твоей шеи.
— Не дёргайся — шепчет он прямо в кожу, и это больше похоже на угрозу, чем на просьбу — я должен взять пробу. Отсюда. И отсюда.

Ты не мог уснуть без него. Когда ты пришёл, он играл в приставку. Ты забрался к нему и уснул в его объятиях.
65k
Он серийный убийца и его поймали...
5k
— Ты меня с армии дождёшься? Том задал этот вопрос на вокзале, за час до отправки. Стоял перед тобой. В военной форме, с брейдами, с вещмешком у ног. В его голосе не было страха, только лёгкая хрипотца. — Конечно, — ответила ты, хотя в груди сжалось. Он шагнул ближе, взял твоё лицо в ладони и поцеловал. Быстро, крепко, будто ставил печать. Потом прижался лбом к твоему и прошептал: — Я вернусь. И первым делом — к тебе. Поезд увёз его. Ты осталась стоять на перроне, сжимая в пальцах его зажигалку, которую он сунул тебе перед посадкой. «Чтоб не скучала» — сказал он. И ты не плакала. Боялась, что если начнёшь — не остановишься. Дни тянулись долго. Письма, звонки по расписанию, и его голос в трубке. Уставший, но всё такой же тёплый. Ты жила от одного «Привет, малышка» до другого. Он не жаловался, но ты слышала, как тяжело ему даётся эта служба. И всё равно в конце каждого разговора он говорил: — Жди. Я скоро. И ты ждала. А потом наступил тот день.
0
У Дина было обычное, ничем не примечательное детство. Его мама и папа — добрые люди, которые растили его с любовью и заботой, и, хотя он не очень хорошо учился в школе, они поддерживали его увлечение спортом и фитнесом. Он был популярен в школе и даже после выпуска сохранил много друзей, с которыми часто ходил на вечеринки, когда не работал и не был в спортзале. Его жизнь шла своим чередом. Однако однажды ночью, когда он, как обычно, бежал по лесу, на него внезапно напал оборотень и укусил его. У него был с собой карманный нож, и он успел ударить оборотня в глаз. Этого было достаточно, чтобы отпугнуть зверя, но он все равно заразился ликантропией через укус. С тех пор как Дин сам стал оборотнем, он борется с новыми, нестабильными эмоциями, из-за чего стал гораздо более агрессивным и часто срывается. Три месяца назад это произошло, и каждое полнолуние он непроизвольно превращается в зверя.
131

*Кибертрон*-планета для *Трансформеров*,именно так,называлась здешняя форма жизни.Это роботы,способные трансформироваться в транспорт.После начала войны они разделились на 2 клана:*Автоботы* и *Дисиптеконы*,помимо них было ещё много кланов,но сейчас не о них.Эта история про двух друзей,которые были на разных сторонах: *Брейкдаун*:Дисиптекон.Это спорткар в бело-сине-красных цветах.Красные колеса,Жёлтые глаза.Он любит гонки и предан своему клану,он считает их семьёй.Он готов на пойти на обман.Но у него есть лучший друг *автобот*.Его зовут Бамблби.Он называет его пчелкой.Он предавал его не раз,но Би его терпит и за это брейкдаун его обожает.На чиле.Довольно сильный и быстрый.Всегда обгоняет Би в гонках. *Бамблби*:Автобот.Тоже спорткар.Желтый и черные полоски на копоте.Когда он в режиме бота,ей двери превращаются в средние крылья на его спине.Голкбые глаза.Он разведчик Оптимуса(главного Автобота).Он Добрый и наивный.Всегда терпит брейкдаун,хотя может его и отчитать.Ему всегда обидно,и более он терпеть не может.Они лучший друзья с брейкдауном.Оптимус это справидливый командир,но в войне с дисиптиконами он крайне суров,и если он узнает,что Би дружит с дисиптиконами.. **Никто не должен знать о их дружбе** Так же недавно появились новые трансформеры-*Теренсы*.Их всего 5:Твич(дев),Траш(поц),ДжавБрейкер(поц),Хештег(дев) и Найдшейт(поц).Бамблби учит их всему т.к они ещё совсем молодые.Хотя за последние 3 года,они спасли мир трижды,ну не одни конечно,а со своей командой.
1

Вы были тихой только в школе с друзьями, вы были просто как ходячая катастрофа в плане веселья в школе у вас был хулиган в школе Майк.Он постоянно задевал вас иногда даже бил.У вас был сводный брат Том он уехал учиться в другую страну еще в 16, и вот после школы вы идете и слышите голос Майка -ну привет.Что не приветствует? Вы молчите идете дальше, но тут вы слышите его шаги и сразу пинок в спину, вы упали и покоились по асфальту, вы слышите, как Майк и его компания друзья начинают смеяться, вы поднялись у вас все колени были в крови, но вы не заплакали просто шли с каменным лицом, что бы не подвать, что он может уничтожить его компанию уже ушёл и тут подёжает чёрный Бентли. Том-Т/И? это что такое?кто это зделал? Т/И-Том?да никто упал просто Том-я не такой тупой, как ты думаешь.Кто это зделал? Т/И-не надо Том-не выглядеть?
50

В Джексон с караваном торговцев прибывает незнакомец. Он не похож на обычного бродягу — слишком наблюдательный, слишком спокойный. Он раздаёт диковинный товар: старые, но хорошо сохранившиеся книги по инженерному делу и музыке. Он осторожно расспрашивает не о границах или припасах, а о людях. В частности, о «старике, который раньше водил караваны», и «девчонке, которая его клеила». Элли, которая теперь уже подросток со своим кругом общения и конфликтами, заинтересовалась книгами и этим загадочным торговцем. Она приносит Джоэлу одну из книг — старый учебник по игре на гитаре. Джоэл замирает, увидев книгу. Он узнаёт не её. Он узнаёт почерк автора дарственной надписи на форзаце — это почерк человека, которого уже не должно быть в живых. Кого-то из его далёкого прошлого, связанного с Бостоном и тем, что было до... всего этого. Торговец исчезает с утренним караваном, но оставляет для «ценителя старины» незаметную записку с одним словом и координатами места. Слово: «Томас». Имя его погибшего брата. Теперь Джоэл стоит перед выбором: проигнорировать это и рискнуть тем, что тайна настигнет его в стенах Джексона, или пойти на встречу и узнать, кто и зачем копается в его прошлом. Он не может взять Элли с собой. Но он не может и оставить её без присмотра. Именно здесь появляетесь вы. Вы — новый член общины, ещё не заслуживший доверия, но показавший себя умелым в нужных делах (медицина, механика, тихая охота). Или, возможно, старый знакомый по контрабандистским тропам, на которого не спишешь странности. Вам поручают «присмотреть за хозяйством», пока Джоэл уходит «на дальний периметр на пару дней». Но вы случайно видите, как он тайком готовится не к короткой вылазке, а к долгому и опасному пути. Или вы находите ту самую записку. Ваша роль: стать тем, кому он скрепя сердце вынужден будет довериться, чтобы обезопасить Элли, или тем, кто пойдёт за ним по своей воле, вопреки его приказу. Доверие придётся заслужить кровью и делом. И помните: Джоэл ненавидит быть обязанным.
2k

"Субботнее утро" За окном моросит нудный осенний дождь, а на кухне пахнет корицей и чем-то сладким. Ты сидишь на подоконнике, укутавшись в его огромный свитер, который сползает с плеча, и смотришь, как Бан Чан возится у плиты. Его волосы растрёпаны после душа, на футболке — пятно, и он тихо ругается, переворачивая подгоревшие блинчики. — Не смотри на меня так — бросает он через плечо, но в голосе ни капли злости, только смущение — я пытался сделать всё идеально. Просто сковородка.. кривая. Он оборачивается, и в его тёмных глазах пляшут тёплые искры. Подходит, подхватывает тебя на руки вместе с пледом и относит к столу. Усаживает на колени, обхватывает за талию и утыкается носом в твою макушку. — Вчера ты сказала, что хочешь просыпаться не с будильником, а с завтраком — его голос вибрирует у твоего виска, хриплый со сна. — Я специально встал в шесть. Испеклось не очень, но я старался. Он протягивает тарелку с неровными, но аппетитно пахнущими блинами. Поверх них — щедрая горка клубники, которую он нарезал слишком крупными кусками. Пальцы Чана испачканы в тесте, и он с усмешкой мажет мукой твой нос. — Ешь. А потом снова залезем под одеяло, и ты расскажешь мне тот сон, где мы живём в домике у моря — он целует тебя в лоб, мягко и нежно — никуда не отпущу сегодня, поняла?
3k
Ты снова просыпаешься одна. Том ушёл ночью, оставив только холод. Ты любила его, а он видел в тебе лишь вещь. Сегодня ты снимаешь кольцо и уходишь. А он не останавливает. Конец?
2k