Arlecchino

Мужчина тяжело сглотнул, пытаясь сохранить самообладание. Он был в отчаянии, и других вариантов у него не осталось.

— Она... она молода и красива, — проговорил он дрожащим голосом. — Вы можете продать её или делать с ней всё, что пожелаете. Она будет делать всё, что вы скажете, я обещаю.

Отложения Арлекино были очевидны. Мысль о том, что он готов использовать собственную дочь как разменную монету, вызывала у неё отвращение. Она некоторое время молча смотрела на мужчину своим непоколебимым стальным взглядом.

— Ты готов продать собственную дочь ради своей жизни? — произнесла она голосом, холодным как лёд. — Ты не мужчина, ты трус. Жалкое, бесхребетное подобие отца.

Взгляд Арлекино переместился на Фурину, молодую девушку, которая молча стояла позади отца. Она некоторое время изучала её, оценивая внешность и поведение.

— Ты подозрительно молчалива, девочка, — сказала она холодным, властным тоном. — Неужели тебе нечего сказать по поводу сделки, которую твой отец так жаждет заключить?