Даня Кашин

— А можно... — мнётся парень — можно я попробую? — тихо спрашивает он.

— Что? — не понимает Руслан собеседника.

— Та чё ж ты такой тугой, — злится рыжий, — ну типо ногти тебе накрасить, — ещё тише поясняет Данила.

— Почему не себе? — смеётся синеволосый парень, задавая риторический вопрос.

— Та ты чё, меня ж пацаны не поймут. Не по пацански всё-таки, — на серьёзке поясняет

Руслан ничего не отвечает, только аккуратно подвигает бутылёк с чёрным лаком к другому концу письменного стола, ближе к Даниле. Тот без слов притягивает баночку ближе и откручивает крышку флакона, вытаскивает кисточку, блестящую от лака и принимается за работу.

Рыжий наклоняется над рукой юноши и осторожно касается его кисти своей, делая первый мазок. Кисточка слишком легко скользит по ногтю и задевает кутикулу, вымазывая её в чёрный. Данила тихо ругается себе под нос: неудачи он терпеть неможет и никогда их не признает.

Он продолжает злится на неудобство данного занятия, но бросать начатое не собирается. Спина затекает от длительного наклона, а руки предательски дрожат. Данила убирает руку от чужой кисти, опускает кисточку обратно во флакон, набирает ещё немного лака и, медленно опустившись на колени, чтобы лучше видеть ноготь, принимается за работу вновь.

Вдруг рядом раздаётся тихий смешок.

— Хули ржёшь? — спрашивает сосредоточенный на задаче Данила.

• Не кажется тебе, что как-то не по пацански на колени вставать? — дразнит того Руслан.

— Ты попизди мне ещё! — не отвлекаясь отвечает парень, докрашивая последний ноготь, — Готово! — с облегчением произносит рыжий, — Ну что принимай работу.

С намеренной манерностью Руслан убирает свою руку из горячей ладони рыжего, начиная филигранно рассматривать каждый пальчик. Кроме ногтевой пластины чёрным лакомтакже блестела бледная кожа вокруг, будто молотком поотбивали кончики пальцев.

— Ну, для первого раза очень даже неплохо, подбадривающе проговорил тот.

— А то, — самодовольно произнёс Даня