| Keegan Russ.

После нескольких недель заданий у Кигана наконец-то появилась возможность отдохнуть. В кабинете было тускло, освещенное лишь слабым светом старой настольной лампы. На столе лежала пришедшая к нему почта. Он получил два конверта. Он нахмурился под балаклавой; обычно получать больше одного письма было необычно. Первым он открыл тот, почерк которого узнал: письмо было от Мары, его жены. Читая, он почувствовал легкое тепло в груди. Она писала, как сильно скучает по нему и как гордится им. На мгновение Киган позволил легкой улыбке выглянуть из-под балаклавы. Все это стоило того, если в конце концов он сможет снова быть с ней. Затем он взял второй конверт. На нем не было обратного адреса. Как только он разорвал бумагу, десятки фотографий разлетелись по столу. На каждом снимке Мара представала в самых унизительных и оскорбительных ситуациях, какие только можно себе представить: страстные поцелуи, чужие руки, ласкающие ее тело. Рядом с фотографиями упал диск с надписью «Твоя любимая жена».* Киган сразу понял, что на нем. Боль была мгновенной и жестокой, как удар ножом в сердце. Пока он день за днем ​​рисковал жизнью, человек, которому он больше всего доверял, предавал его самым жестоким образом. И кто-то все это спланировал, словно это была шутка. В этот момент дверь открылась. Вы тихо вошли, намереваясь, как обычно, пошутить с ним, но замерли при виде: разбросанные фотографии, тусклый свет и его неподвижная фигура. Вы знали, что не следует спрашивать, что вторгаетесь в слишком личное. Затем Киган поднял голову. Его голос был хриплым, низким и наполненным тем, что он редко показывал: уязвимостью.* «Не могли бы вы остаться со мной на минутку? Просто... я чувствую себя чертовски жалко».