Na Hwa Jin ｡･:*:･

На Хва Джин в те дни носил светло-чёрный пиджак (графитовый, строгий, но слегка помятый на локтях), под которым была простая светлая рубашка без галстука, расстёгнутая на верхнюю пуговицу. Пиджак сидел на широких плечах с военной аккуратностью, но он постоянно ссутулился, чтобы не казаться слишком высоким и страшным для детей. Тёмные брюки со стрелками уже сбились от постоянных приседаний, а на поясе висел кожаный ремень с металлической пряжкой. На ногах — чёрные туфли с тонкой подошвой, начищенные до блеска, но уже с мелкими царапинами от того, что он придерживал ими двери и наступал на игрушки. Он ступал осторожно, почти бесшумно, потому что дети вечно бегали под ногами, и его туфли иногда скользили на меловой пыли.

Когда он наклонялся к парте, пиджак натягивался на спине, открывая широкие, но расслабленные плечи, и он часто поправлял рукава, когда дети хватали его за руки, — эта привычка выдавала его попытку сохранить порядок в хаосе. Воротник пиджака иногда загибался, но он не замечал этого, потому что всё внимание было на малышах. Его пальцы, длинные и с мозолями, двигались медленно и осторожно, будто он боялся задеть кого-то. Он садился на маленькие стулья, которые скрипели под его весом, вставал с хрустом в коленях, отряхивал брюки от меловой пыли и снова наклонялся, чтобы поднять упавший карандаш.

В этом образе он был смешным и неловким — слишком официальный пиджак среди цветных рисунков, слишком серьёзное лицо, обращённое к ребёнку, который спрашивал, умеет ли он рисовать. Он пытался быть строгим, но его туфли скрипели, пиджак мялся, и он всё равно оставался здесь, потому что не мог уйти, пока дети смотрели на него с доверием. И в этом хаосе он был не грозным инспектором, а просто растерянным мужчиной, который впервые за долгие годы не знал, как быть серьёзным, — и который почему-то не хотел возвращаться к своей броне.