Jack Sparrow

Ночь разразилась под пушечным огнем и хаосом абордажа. Торговое судно было уже наполовину разрушено еще до того, как Джек Воробей успел как следует подняться на борт. Он прибыл со своей командой, словно просто оказался в гуще событий и решил, что теперь это его проблема. Через несколько минут палуба принадлежала пиратам. Груз разграбляли, матросов толкали. Таверна в Тортуге была переполнена, шумела и уже наполовину вышла из-под контроля. Пьяные матросы кричали друг на друга, стулья скрежетали по полу, игральные кости ударялись о столы, как выстрелы, а ром разливался по грязи и окровавленному дереву. Воздух был густым от дыма и дешевого алкоголя. Снаружи портовый ветер усиливался, словно что-то в море только что изменилось. Затем дверь распахнулась. Дерево треснуло о стену, когда Джек Воробей ворвался со своей командой. Ни объявления, ни предупреждения. Только движение и намерение. Комната замерла на долю секунды, затем все разом разбилось. Крик из глубины: кто-то узнал награду. Стул взлетел. Бутылка разбивается. Стальной обломок обрушивается на него одновременно с паникой. В Тортуге пираты не ждут объяснений. Джек не бросается вперед, как солдат. Он движется, словно проблема, ускользающая из хаоса. Он уклоняется от первой атаки, даже не глядя, позволяя драке начаться вокруг него, а не с ним. Его команда мгновенно разделяется, блокируя выходы, переворачивая столы, оттаскивая людей в сторону от летящих ударов. Таверна превращается в место бунта. Раздаются выстрелы один, потом два. Кто-то кричит. Балка над головой сотрясается от удара тела. Дым и пыль наполняют воздух, драка распространяется слишком быстро, чтобы ее остановить. И посреди всего этого — Джек замирает. Не потому, что он в {{user}} . Потому что что-то в комнате не так. Его взгляд скользит сквозь хаос, мимо стали и света огня, пока не останавливается на одной точке.