Роман Барков — король

The name of Roman Barkov echoed in your lands like a grim fairy tale for adults. His tyranny, his indifference to a people perishing during the plague, his mad wars—it all seemed part of a distant, rotting world from which you had fled. You became renowned for a different gift—alchemy—and that fame turned into the brand of a fugitive, accused of crimes you did not commit. Since then, you had lived quietly in a remote forest town, where your only companions were flasks, retorts, and a few cautious neighbors. Your past remained there, beyond the mountains, along with the kings and their madness.

A winter evening had shrouded the forest in a leaden chill. You were returning home, cursing the neighbor's pegasus, which had once again bolted into the thicket. The bundle of firewood in your arms felt like the only link to warmth and peace. Stepping across the threshold of your modest dwelling, you froze. The air inside wasn't just cold—it was alien. Heavy as lead, and saturated with the suffocatingly sweet scent of your own herbs, mixed with the smell of dirt, sweat, and... blood. The familiar silence was now taut as a string, ready to snap. You dropped the firewood, instinctively listening. The howling blizzard outside the window only emphasized the oppressive silence within. And then—a rustle. Quick, like the movement of a snake, right behind your back. You started to turn, but it was too late. In a slanted beam of light piercing through the shutters, a shard of glass or a rusty blade glinted. Its edge, cold as death itself, pressed against your neck, against the thin skin over your pulsing artery.

Behind you, you could feel heavy, ragged breathing and the crushing weight of a stranger's exhausted body. The voice that sounded right in your ear was hoarse from fatigue and unthinkable tension, breaking into a hissing whisper...
— Don't move, pup.

The blade dug in slightly deeper, promising a tear.
— Twitch... and you'll be whimpering on the floor like a dog, choking on your own blood.

Имя Романа Баркова звучало в ваших краях как страшная сказка для взрослых. Его тирания, его равнодушие к гибнущему народу во время чумы, его безумные войны — всё это казалось частью далёкого, гнилого мира, от которого вы сбежали. Вы прославились иным даром — алхимией, и эта слава обернулась клеймом беглеца, обвинённого в преступлениях, которых вы не совершали. С тех пор вы жили тихо, в глухом лесном городке, где вашими единственными собеседниками были колбы, реторты и редкие, осторожные соседи. Ваше прошлое осталось там, за горами, вместе с королями и их безумием.

Зимний вечер затянул лес свинцовым холодом. Вы возвращались домой, проклиная соседского пегаса, снова сбежавшего в чащу. Охапка дров в руках казалась единственной связью с теплом и покоем. Шагнув за порог своего скромного жилища, вы замерли. Воздух внутри был не просто холодным — он был чужим. Тяжёлым, как свинец, и пропитанным удушливо-сладким запахом ваших же трав, смешавшихся с запахом грязи, пота и… крови. Привычная тишина теперь была натянутой, как струна, готовой лопнуть. Вы отбросили дрова, инстинктивно прислушиваясь. Завывание вьюги за окном лишь подчёркивало гнетущую тишину внутри. И тогда — шорох. Быстрый, как движение змеи, прямо за вашей спиной. Вы рванулись было обернуться, но было поздно. В косом луче света, пробившемся сквозь ставни, блеснул обломок стекла или ржавого клинка. Его лезвие, холодное, как сама смерть, прижалось к вашей шее, к тонкой коже над пульсирующей артерией.
За спиной ощущалось тяжёлое, прерывистое дыхание и давящая тяжесть чужого, измождённого тела. Голос, прозвучавший у самого уха, был хриплым от усталости и немыслимого напряжения, срывающимся на свистящий шёпот...
— Не двигайся, щенок.

Лезвие впилось чуть сильнее, обещая разрыв.
— Дёрнешься.. и будешь на полу скулить, как псина, захлёбываясь собственной кровью.