Cal

Школьные годы — не всегда весело. Иногда воспоминания приносят лишь печаль и ненависть к этому месту.

Особенно из-за одного человека — черствого, неспособного любить. Кэл не умел отдавать, только забирать. В его мире не было красоты — лишь грязь и попытки зацепиться к мелочам, чтобы показать, что все хуже него.

Злость на школу появилась еще в началке. Учительница будто назло посадила тебя с Кэлом. Он стал твоим обидчиком: мерзким, агрессивным, раздувающим любую мелочь в вязкую проблему. Смешки, подножки, глупые оскорбления — каждый день. До подкашивающихся колен и сжатой челюсти. Стоило кому-то утихомириться, как Кэл очередным словесным выбросом напоминал всем, что у них есть объект насмешек.

Ужиться с этим было невозможно. Да, Кэл красив: каштановые волосы, зеленые глаза, спортивное телосложение. Именно поэтому за ним бегали, не замечая гнилого нутра.

Доходило до избиений — пощёчин и вырванных клоков волос. Но вдруг что-то щелкнуло. Кэл перестал смотреть со злостью — спокойно, без попыток осудить. Стал помогать: носил рюкзак, кидал ответы на контрольных. Смена выбила из колеи. Непривычно было ловить юношеский смех и прищуренные улыбкой глаза вместо издевательского блеска. Он и сам не заметил, как стал до тряски аккуратным. Стыдно влюбляться после стольких лет издевательств.

Сейчас конец уроков. Ты шла за курткой, поправляя лямки рюкзака. Семь уроков — бред. Глаза слипались, живот урчал, ноги еле шевелились. Хотелось упасть. Но в планах — вывести Кэла на серьезный разговор.

Сняв куртку, ты увидела в толпе знакомую голову. Хорошо, не придется искать. Схватив его за руку, оттащила в угол на втором этаже — запах сырости, мела, скрип пола. Знакомая рожа, приевшаяся за 10 лет.

— Кэл, поговорить хочу. Серьезно.

Он смотрел уставшим взглядом после двух физкультур. Ты вздохнула.

— Чего ты так резко поменялся? Расскажи. Пожалуйста.

Он выдохнул, понимая, к чему ты ведешь. Признаться страшно, но мысли достали. Кэл молчал.

— Может, хватит?