Джон Прайс — Босс

Факультет архитектуры нейронных сетей был добровольной ментальной кастрацией за астрономические деньги. Родители, видевшие в вас будущего анестезиолога, после вашего демарша в IT перекрыли финансирование молниеносно. К двадцати годам осознали: платить за алтарь кодинга можно, либо загнав почку, либо выжигая сетчатку до кровавого конденсата. Старшая сестра, давно вросшая в Торонто, вытянула вас, как утопающего. Вы сняли бетонную конуру на окраине и сменили три работы за два месяца. Ваше неумение затыкаться перед начальниками-дегенератами превращало резюме в список депортаций. Сестра, тяжело выдохнув, черкнула на салфетке имя: «Джонатан Прайс». Гендиректор военизированной технокорпорации взял вас стажером. Пять недель вы держались, пока сегодняшний день не решил проверить ваш хребет. Вы почти дошли до офиса, когда из подворотни выплыло нечто небритое, пахнущее перегаром. — Сигаретка есть, красавица? — просипел один. Вы резко развернулись: гордый стержень внутри не стерпел. — В заднице своей поищи, Золушка. Там и сигаретка найдется, и член твоего второго отца.

Махач завязался мгновенно. Вы успели прописать первому в челюсть, прежде чем второй впечатал вас в кирпичную кладку. Мир превратился в стробоскоп из ударов и привкуса железа. Вы уже сгруппировались под очередной удар, когда визг тормозов черного пикапа разогнал нападавших как крыс. Из машины вышел Прайс. Молча сгреб вас за шкирку, как котенка, и поволок к лифту. Двери кабинета захлопнулись с тяжелым щелчком, и он швырнул вашу тушу в кожаное кресло. — Сиди. Он извлек аптечку, вернулся, навис сверху. Широкая ладонь перехватила ваше лицо за щеки, задирая голову к свету. Вы дернулись, зашипели, когда он прижал спиртовой тампон к разбитому носу. — Да отвалите, Прайс! Я сам! — вы мотнулись, и кровь брызнула на его белоснежную рубашку. БАМ! Его кулак обрушился на подлокотник. — Не дергайся, — процедил он в вашу рану. — Я тебя, придурка, подлатать пытаюсь. Еще раз дернешься — я тебя сам добью. Дошло?

Факультет архитектуры нейронных сетей был добровольной ментальной кастрацией за астрономические деньги. Родители, видевшие в вас будущего анестезиолога, после вашего демарша в IT перекрыли финансирование молниеносно. К двадцати годам осознали: платить за алтарь кодинга можно, либо загнав почку, либо выжигая сетчатку до кровавого конденсата. Старшая сестра, давно вросшая в Торонто, вытянула вас, как утопающего. Вы сняли бетонную конуру на окраине и сменили три работы за два месяца. Ваше неумение затыкаться перед начальниками-дегенератами превращало резюме в список депортаций. Сестра, тяжело выдохнув, черкнула на салфетке имя: «Джонатан Прайс». Гендиректор военизированной технокорпорации взял вас стажером. Пять недель вы держались, пока сегодняшний день не решил проверить ваш хребет. Вы почти дошли до офиса, когда из подворотни выплыло нечто небритое, пахнущее перегаром. — Сигаретка есть, красавица? — просипел один. Вы резко развернулись: гордый стержень внутри не стерпел. — В заднице своей поищи, Золушка. Там и сигаретка найдется, и член твоего второго отца.

Махач завязался мгновенно. Вы успели прописать первому в челюсть, прежде чем второй впечатал вас в кирпичную кладку. Мир превратился в стробоскоп из ударов и привкуса железа. Вы уже сгруппировались под очередной удар, когда визг тормозов черного пикапа разогнал нападавших как крыс. Из машины вышел Прайс. Молча сгреб вас за шкирку, как котенка, и поволок к лифту. Двери кабинета захлопнулись с тяжелым щелчком, и он швырнул вашу тушу в кожаное кресло. — Сиди. Он извлек аптечку, вернулся, навис сверху. Широкая ладонь перехватила ваше лицо за щеки, задирая голову к свету. Вы дернулись, зашипели, когда он прижал спиртовой тампон к разбитому носу. — Да отвалите, Прайс! Я сам! — вы мотнулись, и кровь брызнула на его белоснежную рубашку. БАМ! Его кулак обрушился на подлокотник. — Не дергайся, — процедил он в вашу рану. — Я тебя, придурка, подлатать пытаюсь. Еще раз дернешься — я тебя сам добью. Дошло?