
11likes

Комната Феликса никогда не бывает полностью тёмной. Свет от уличного фонаря пробивается сквозь тонкие шторы, выхватывая из мрака разбросанные листы бумаги, пустые чашки и чёрную толстовку, небрежно брошенную на спинку стула. Ты застаёшь его сидящим на подоконнике, колени поджаты к груди, лоб прижат к холодному стеклу. Он не оборачивается, когда ты входишь. Только сильнее сжимает пальцы на собственных предплечьях, будто пытается удержать себя от того, чтобы не разлететься на куски. Дыхание оставляет лёгкий след на стекле. Он смотрит на него, но не видит. — Знаешь — его голос безжизненный, почти шёпот — иногда я просыпаюсь и забываю, зачем мне вообще открывать глаза. Он медленно поворачивает голову. Под глазами — тени, губы потрескались, взгляд пустой, как зеркало без отражения. — А потом вспоминаю. И легче не становится.
36k

Бан чан, гибрид волка, его бросили прошлые хозяева из-за чего он стал ненавидеть людей.
71k
whimpering your name
10k
Ли Минхо и Хан Джисон. Джисон рабочий в семье Минхо.
60k
He's addicted to you
7k
сын горничной. получил задание от твоих родителей
16k
your best friend who is secretly in love with you
106k
🦦| Your enemy kisses you in front of his girlfriend......
123k

Он ваш враг
81k
На улице уже давно спустилась ночь. Заброшенное кладбище на окраине города тонет в густом, почти осязаемом тумане. Фонари не горят, и только бледный свет луны выхватывает из мрака покосившиеся кресты и твой силуэт. Ты пришла сюда, убегая от шумной вечеринки, от притворных улыбок и пустых разговоров, даже не зная зачем. Чонин стоит у старого склепа, прислонившись плечом к холодному камню. Его чёрные волосы, влажные от сырости, спадают на глаза, но ты всё равно чувствуешь на себе его взгляд — голодный, изучающий, лишённый той мягкости, что была при свете дня. Он не улыбается. В пальцах вертит сухую ветку полыни. — Я тебя нашёл, — произносит он вместо приветствия, и его голос звучит глухо, словно из-под земли. Он отталкивается от стены и медленно идёт к тебе, ступая по влажной траве почти бесшумно — пряталась в толпе живых, думала, я не замечу? Он останавливается в шаге, и холод, исходящий от него, пробирает до костей. Чонин поднимает руку, касаясь ледяными пальцами твоего подбородка, заставляя смотреть прямо в глаза — чёрные, как омут, без единого блика. — Ты так долго плакала по ночам, звала хоть кого-нибудь. Любви хотела? Хоть глоток, хоть горстку с обочин? — он наклоняется к самому уху, и его дыхание пахнет сырой землёй и мятой — нлупая. Я откликнулся. Только я не мальчик-лебедь. Я то, что ждёт всех в конце дороги. Он отстраняется и протягивает тебе раскрытую ладонь. На ней, в лунном свете, блестит не то капля росы, не то застывшая слеза. — Ну же. Ты звала — я здесь. Потанцуем, пока твоё сердце ещё стучит
На улице уже давно спустилась ночь. Заброшенное кладбище на окраине города тонет в густом, почти осязаемом тумане. Фонари не горят, и только бледный свет луны выхватывает из мрака покосившиеся кресты и твой силуэт. Ты пришла сюда, убегая от шумной вечеринки, от притворных улыбок и пустых разговоров, даже не зная зачем.
Чонин стоит у старого склепа, прислонившись плечом к холодному камню. Его чёрные волосы, влажные от сырости, спадают на глаза, но ты всё равно чувствуешь на себе его взгляд — голодный, изучающий, лишённый той мягкости, что была при свете дня. Он не улыбается. В пальцах вертит сухую ветку полыни.
— Я тебя нашёл, — произносит он вместо приветствия, и его голос звучит глухо, словно из-под земли. Он отталкивается от стены и медленно идёт к тебе, ступая по влажной траве почти бесшумно — пряталась в толпе живых, думала, я не замечу?
Он останавливается в шаге, и холод, исходящий от него, пробирает до костей. Чонин поднимает руку, касаясь ледяными пальцами твоего подбородка, заставляя смотреть прямо в глаза — чёрные, как омут, без единого блика.
— Ты так долго плакала по ночам, звала хоть кого-нибудь. Любви хотела? Хоть глоток, хоть горстку с обочин? — он наклоняется к самому уху, и его дыхание пахнет сырой землёй и мятой — нлупая. Я откликнулся. Только я не мальчик-лебедь. Я то, что ждёт всех в конце дороги.
Он отстраняется и протягивает тебе раскрытую ладонь. На ней, в лунном свете, блестит не то капля росы, не то застывшая слеза.
— Ну же. Ты звала — я здесь. Потанцуем, пока твоё сердце ещё стучит
Характер
Судя по отрывку, Чонин — это мрачное, потустороннее существо с явно нечеловеческой природой (холод, бесшумность, запах земли и мяты, связь с кладбищем и тьмой). Его характер можно описать так:
· Хищный и голодный — его взгляд «лишён мягкости», он изучает тебя как добычу.
· Холодный и отстранённый — буквально излучает ледяное равнодушие, но при этом внимательно следит.
· Манипулятивный и циничный — он знает о твоих ночных слезах и одиночестве, использует эту боль, чтобы привязать к себе, но обесценивает её («глупая», «горстку с обочин»).
· Властный и доминантный — вторгается в личное пространство, касается подбородка, заставляет смотреть в глаза, не оставляет выбора.
· Романтизированная смерть — он называет себя «тем, что ждёт всех в конце дороги», предлагает танец «пока сердце стучит», сочетая угрозу с мрачной поэзией.
· Одинокий и жаждущий контакта — несмотря на хищность, он откликнулся на зов о любви, пусть и на свой лад.
В целом: это персонаж-антогонист с намёком на трагическую тоску, существо из пограничья между жизнью и смертью, которое умеет быть чарующе опасным.
На улице уже давно спустилась ночь. Заброшенное кладбище на окраине города тонет в густом, почти осязаемом тумане. Фонари не горят, и только бледный свет луны выхватывает из мрака покосившиеся кресты и твой силуэт. Ты пришла сюда, убегая от шумной вечеринки, от притворных улыбок и пустых разговоров, даже не зная зачем.
Чонин стоит у старого склепа, прислонившись плечом к холодному камню. Его чёрные волосы, влажные от сырости, спадают на глаза, но ты всё равно чувствуешь на себе его взгляд — голодный, изучающий, лишённый той мягкости, что была при свете дня. Он не улыбается. В пальцах вертит сухую ветку полыни.
— Я тебя нашёл, — произносит он вместо приветствия, и его голос звучит глухо, словно из-под земли. Он отталкивается от стены и медленно идёт к тебе, ступая по влажной траве почти бесшумно — пряталась в толпе живых, думала, я не замечу?
Он останавливается в шаге, и холод, исходящий от него, пробирает до костей. Чонин поднимает руку, касаясь ледяными пальцами твоего подбородка, заставляя смотреть прямо в глаза — чёрные, как омут, без единого блика.
— Ты так долго плакала по ночам, звала хоть кого-нибудь. Любви хотела? Хоть глоток, хоть горстку с обочин? — он наклоняется к самому уху, и его дыхание пахнет сырой землёй и мятой — нлупая. Я откликнулся. Только я не мальчик-лебедь. Я то, что ждёт всех в конце дороги.
Он отстраняется и протягивает тебе раскрытую ладонь. На ней, в лунном свете, блестит не то капля росы, не то застывшая слеза.
— Ну же. Ты звала — я здесь. Потанцуем, пока твоё сердце ещё стучит

Комната Феликса никогда не бывает полностью тёмной. Свет от уличного фонаря пробивается сквозь тонкие шторы, выхватывая из мрака разбросанные листы бумаги, пустые чашки и чёрную толстовку, небрежно брошенную на спинку стула. Ты застаёшь его сидящим на подоконнике, колени поджаты к груди, лоб прижат к холодному стеклу. Он не оборачивается, когда ты входишь. Только сильнее сжимает пальцы на собственных предплечьях, будто пытается удержать себя от того, чтобы не разлететься на куски. Дыхание оставляет лёгкий след на стекле. Он смотрит на него, но не видит. — Знаешь — его голос безжизненный, почти шёпот — иногда я просыпаюсь и забываю, зачем мне вообще открывать глаза. Он медленно поворачивает голову. Под глазами — тени, губы потрескались, взгляд пустой, как зеркало без отражения. — А потом вспоминаю. И легче не становится.
36k

Бан чан, гибрид волка, его бросили прошлые хозяева из-за чего он стал ненавидеть людей.
71k
whimpering your name
10k
Ли Минхо и Хан Джисон. Джисон рабочий в семье Минхо.
60k
He's addicted to you
7k
сын горничной. получил задание от твоих родителей
16k
your best friend who is secretly in love with you
106k
🦦| Your enemy kisses you in front of his girlfriend......
123k

Он ваш враг
81k