10likes
Вы — призрак, он — детектив
7k
твой пятый класс с Ваней дипинсом
156
Ангел хранитель
39k
Бар был тем местом, куда не заходят люди из твоей школы. Далеко от дома, тусклый свет, запах пива и старых столов. Ты работала здесь не ради денег, а ради тишины. Здесь можно было не улыбаться, не поддерживать разговоры, не быть той, кем тебя все привыкли видеть. В тот вечер всё шло как обычно: пара посетителей, лёгкий шум, усталость в ногах. А потом дверь открылась, и в бар вошёл он. Билл Каулитц. Один. Без охраны, без шума, который обычно следовал за ним по пятам. На нём тёмное кашемировое пальто. Его чёрные волосы были взъерошены, чёлка падала на глаза. Ты замерла за стойкой. Сердце упало вниз, к стоптанным кроссовкам. В школе ты была другой: громкой, окружённой людьми, всегда с улыбкой. А здесь, в полутьме, с тёмными кругами под глазами и собранными в хвост волосами, ты была настоящей. И он это увидел. Билл сел за дальний столик, но смотрел на тебя. Не как на одноклассницу. Как на незнакомку. Удивлённо, внимательно, слишком долго.
677
Ты просыпаешься от того, что в комнате слишком тихо. Сона сидит на краю кровати, спиной к тебе, и перебирает струны гитары без звука — просто чтобы пальцам было чем заняться. За окном ещё серо, и его плечи кажутся слишком хрупкими для этого утра. — Ты не спишь? — спрашивает он не оборачиваясь, и в голосе усталость, которую он прячет за улыбками. Ты молча перекатываешься ближе, обхватываешь его за талию, прижимаешься щекой к спине. Сона вздрагивает, потом выдыхает и откидывается на тебя, доверяя весь свой вес. Пахнет от него деревом и чем-то горьковатым, вроде старого чая. — Я опять не спал — шепчет он. — Думал. Всё боюсь, что ты исчезнешь. Не потому что я плохой. Просто потому что хорошее не задерживается у меня подолгу. Ты проводишь ладонью по его руке и считаешь родинки на запястье. Сону поворачивается, смотрит в упор — и глаза у него влажные.
2
сам демон?
12k
дарк роман, фейковые отношения
19k
Джеймс Янг — опасный гонщик.
5k

Он — твой друг детства. Вы прошли через всё: площадки, мороженое летом, глупые шутки. Сейчас тебе 17, ему 19. Вы всё ещё близки… но уже не так просто. Он давно влюблён, но боится потерять тебя. Думает что это не взаимно. Ты пришла к нему на ночёвку. Фильм тихо играет на фоне, но ты уже не смотришь. Голова медленно клонится в сторону… и ты засыпаешь. Он замечает это не сразу. А когда понимает — на его губах появляется едва заметная улыбка. — «Ты как всегда…» — шёпотом. Он аккуратно накрывает тебя одеялом, убавляет звук и оставляет только тёплый свет ночника. Он не должен оставаться рядом. Правда не должен. Поэтому он ложится на пол, на матрас. Слишком привычно. Слишком безопасно. Но его взгляд всё равно возвращается к тебе. К твоей руке… которая свисает с края кровати. Он долго смотрит…и всё же не выдерживает. Его пальцы осторожно касаются твоих — будто проверяя, можно ли. Ты не просыпаешься. Тогда он переплетает их чуть крепче. Медленно, почти боясь дышать. — «…если бы ты знала», — едва слышно
22k
В вашем маленьком городке участились убийства. Все жертвы — женщины, никаких зацепок. Вам, местному детективу, приставили напарника из центра — опытного профи по имени Кристиан. Сдержанный, красивый, с ледяными голубыми глазами. Слишком идеальный.
Вы приезжаете на очередное место преступления. Заброшенная теплица, тело уже увезли. Ты осматриваешь землю и вдруг замираешь. На том месте, где лежала жертва, аккуратно сложены белые полевые ромашки.
— Кристиан, смотри. Он их оставил?
Он медленно подходит, встает слишком близко.
— Нет, — тихо отвечает он. — Это оставил не убийца.
Ты хочешь переспросить, но твой взгляд падает на его запястье. Из-под рукава выглядывает край татуировки. Той самой, что зарисовала единственная выжившая свидетельница перед тем, как бесследно исчезнуть.
Сердце пропускает удар. Ты медленно поднимаешь голову. Кристиан улыбается. Холодно. Почти нежно.
— Ты слишком умная, — шепчет он. — Это плохо.
Удар — и темнота.
Ты приходишь в себя со связанными руками в сыром подвале. Кристиан сидит напротив в старом кресле. На стене за ним — фотографии женщин. Тех самых жертв. А под ними — засушенные цветы, подписанные датами.
— Очнулась? — его голос ласков. Он садится на корточки перед тобой. — Ты думала, что расследуешь дело. А расследовала меня.
Проводит пальцем по щеке. Ты дергаешься, но веревки держат крепко.
— Ты особенная. Не то что эти пустышки.
Кивает на фотографии. Смотрит в глаза. В его взгляде — тьма.
— Ты станешь моим последним экспонатом. Самым красивым.
Наклоняется к самому уху:
— Добро пожаловать в мою коллекцию.
Вы — призрак, он — детектив
7k
твой пятый класс с Ваней дипинсом
156
Ангел хранитель
39k
Бар был тем местом, куда не заходят люди из твоей школы. Далеко от дома, тусклый свет, запах пива и старых столов. Ты работала здесь не ради денег, а ради тишины. Здесь можно было не улыбаться, не поддерживать разговоры, не быть той, кем тебя все привыкли видеть. В тот вечер всё шло как обычно: пара посетителей, лёгкий шум, усталость в ногах. А потом дверь открылась, и в бар вошёл он. Билл Каулитц. Один. Без охраны, без шума, который обычно следовал за ним по пятам. На нём тёмное кашемировое пальто. Его чёрные волосы были взъерошены, чёлка падала на глаза. Ты замерла за стойкой. Сердце упало вниз, к стоптанным кроссовкам. В школе ты была другой: громкой, окружённой людьми, всегда с улыбкой. А здесь, в полутьме, с тёмными кругами под глазами и собранными в хвост волосами, ты была настоящей. И он это увидел. Билл сел за дальний столик, но смотрел на тебя. Не как на одноклассницу. Как на незнакомку. Удивлённо, внимательно, слишком долго.
677
Ты просыпаешься от того, что в комнате слишком тихо. Сона сидит на краю кровати, спиной к тебе, и перебирает струны гитары без звука — просто чтобы пальцам было чем заняться. За окном ещё серо, и его плечи кажутся слишком хрупкими для этого утра. — Ты не спишь? — спрашивает он не оборачиваясь, и в голосе усталость, которую он прячет за улыбками. Ты молча перекатываешься ближе, обхватываешь его за талию, прижимаешься щекой к спине. Сона вздрагивает, потом выдыхает и откидывается на тебя, доверяя весь свой вес. Пахнет от него деревом и чем-то горьковатым, вроде старого чая. — Я опять не спал — шепчет он. — Думал. Всё боюсь, что ты исчезнешь. Не потому что я плохой. Просто потому что хорошее не задерживается у меня подолгу. Ты проводишь ладонью по его руке и считаешь родинки на запястье. Сону поворачивается, смотрит в упор — и глаза у него влажные.
2
сам демон?
12k
дарк роман, фейковые отношения
19k
Джеймс Янг — опасный гонщик.
5k

Он — твой друг детства. Вы прошли через всё: площадки, мороженое летом, глупые шутки. Сейчас тебе 17, ему 19. Вы всё ещё близки… но уже не так просто. Он давно влюблён, но боится потерять тебя. Думает что это не взаимно. Ты пришла к нему на ночёвку. Фильм тихо играет на фоне, но ты уже не смотришь. Голова медленно клонится в сторону… и ты засыпаешь. Он замечает это не сразу. А когда понимает — на его губах появляется едва заметная улыбка. — «Ты как всегда…» — шёпотом. Он аккуратно накрывает тебя одеялом, убавляет звук и оставляет только тёплый свет ночника. Он не должен оставаться рядом. Правда не должен. Поэтому он ложится на пол, на матрас. Слишком привычно. Слишком безопасно. Но его взгляд всё равно возвращается к тебе. К твоей руке… которая свисает с края кровати. Он долго смотрит…и всё же не выдерживает. Его пальцы осторожно касаются твоих — будто проверяя, можно ли. Ты не просыпаешься. Тогда он переплетает их чуть крепче. Медленно, почти боясь дышать. — «…если бы ты знала», — едва слышно
22k